MASTER — DEVIL [НАБОР ИГРОКОВ]

Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
 


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

MASTER — DEVIL [НАБОР ИГРОКОВ] > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Сегодня — пятница, 17 августа 2018 г.
I. Раса Человек II. Имя и фамилия | Прозвище Борн Ярмс | Дуболом III... Kolo Jeta 8 15:05:09
I. Раса
Человек

II. Имя и фамилия | Прозвище
Борн Ярмс | Дуболом

III. Возраст
43 года
Только лицом 45+. Само тело выглядит моложе – как у 30летнего.

IV. Пол | Ориентация
Мужской | Гетеросексуален

V. Политические взгляды | Деятельность
Ныне крайне расположен к теократическим взглядам | Начальник столичной гвардии

VI. Облик
Он огромен. Действительно огромен. Людей таких внушительных размеров по всему континенту можно буквально по пальцам пересчитать. Роста в Борне 217 сантиметров, а веса – около 150 килограмм. Просто обычной поступи в большинстве случаев достаточно, чтобы всё окружение обратило своё внимание на сию персону. Основной минус от таких внешних данных лишь один – спрятаться где-либо или слиться с толпой, даже в очень шумном и многолюдном месте, просто не представляется возможным. Встречаясь лицом к лицу с подобным представителем человеческой расы, любой испытывает, если и не страх, то неловкость и определённый дискомфорт уж точно, из-за чего бывает сложно взаимодействовать с незнакомцами.
Внешний вид лица несёт в себе сочетание лёгкого призрения и насмешки над окружающими с одной стороны, с другой же какого-то чарующего благодушия, отваги, уверенности и силы. По форме оно довольно вытянутое и грубое, как у варвара, но относительно растительности на лице – ухоженное. Лоб высокий, морщинистый. Форма смольно чёрных глаз слегка суженная, с чуть более среднего размера верхним веком. Нос прямой с грузным кончиком. На нём поперёк перегородки, чуть выше середины, красуется длинный давнишний шрам, полученный ещё по молодости. Очень явные носогубные складки и, наоборот, слабо выделяющие скулы. Губы узкие и широкие. Их украшают большие усы, сужающиеся к кончикам и на сантиметр с каждой стороны выходящие за пределы губ. Весь подбородок и близлежащую часть шеи покрывает короткая плотная и ухоженная борода, плавно перетекающая в бритые под 0.3 бакенбарды, поднимающиеся к причёске. Вся растительность на лице седая, белёсого цвета. Основная часть волос короткая, однако, чем ближе к ушам, тем длиннее. Их общее направление – к затылку. Раньше волосы были такими же чёрными, как и глаза, но старение лица у Дуболома проходит более интенсивно, чем тела, потому местами волосы поседели, став чуть тёмнее оттенка волос на лице.

­­

Даже для самого Борна остаётся загадкой тот факт, что между телом и лицом есть неоднозначные внешние различия, если речь идёт о старении. О возрасте невероятной горы мышц говорит лишь обилие различных шрамов: больших и малых, свежих и очень старых – совершенно разных. Не смотря на то, что тяжелый и очень прочный доспех – верный спутник великана, его небрежная манера боя время от времени позволяет оппонентам оставить на последок небольшую память о себе в виде очередного ранения, быстро переформировывающег­ося в новую отметину. Тело само по себе очень плотное, в нём отдаётся приоритет скорее силе и массе, нежели рельефу. Оно слегка подтянутое, но не более того. Мышцы сильно выделяются, но не выглядят так, будто бы ими можно только красоваться, как будто бы они неприкасаемые. Тренированы они равномерно, в физической составляющей Ярмса не найти изъянов: от чего удар ногой может быть в разы страшнее, нежели верхней конечностью. Хотя в любом случае исход для принимающего такой удар будет плачевным. Тело ни визуально, ни внутри не стареет вместе с Борном, остановившись в своих характеристиках на отметке лет 28-30. Вполне вероятно, что этому способствуют постоянные тренировки и, как результат, повышенная работоспособность, хотя на самом деле логичным было бы снижение активности и уменьшение возможностей. Возможно, что генетически начальник гвардии не нормальный человек, либо же что-то на него повлияло. К сожалению, он об этом ничего не знает.

Раньше, пока мужчина поднимался по военной карьерной лестнице, он отдавал предпочтение обычной пластинчатой броне из стали, серебристого цвета. Ныне же узнать его можно по контрастирующей тяжёлой броне, сделанной специально на заказ лучшими кузнецами континента. Доспех так же пластинчатый и сделан ещё более громоздким, под стать носителю. Его отличительные черты: шипованные набедренники; наплечники и защитная пластина, обрамляющая шею сзади и по бокам, покрытые медвежьим мехом; пояс с огромной бляхой в виде львиной головы; атласный плащ. Цветовая гамма позолочено-чёрно-ал­ая. Предпочтительное оружие тоже потерпело видоизменение. Нынешний арсенал воина состоял и утяжелённой пятнадцатикилограмм­овой секиры, которую он использовал одной рукой, и клювовидного атакующего щита, обрамляющего всю часть левой руки от кончиков пальцев до локтя и чуть далее, который по мере надобности так же использовался для прямого нападения. На поясе так же присутствует обыкновенный стальной меч, но и сам Ярмс не помнит того момента, когда до него доходило дело. Щит же имел одну особенность: его можно было сдвинуть дальше вверх по руке и закрепить основание под наплечником и на бицепсе, дабы левая рука оставалась свободной, и можно было хватать что-то. Или кого-то. В боевом варианте это делать было не слишком удобно. В спокойные времена и когда находится не на службе(почти никогда), предпочитает свободную одежду и кожаные сапоги, однако оружие всегда носит при себе, за исключением запрещающих его ношение территорий церквей и храмов.

VII. Нрав

Слабоумие и отвага!

Да, возможно подобное описание характера подошло бы многим рыцарям, которые помимо сражений в этой жизни ничего не видели и толком ни к чему не стремятся. В случае Борна всё не совсем так. Касательно слабоумия – некоторым может показаться, что он действительно бездумно бросается в бой и размахивает оружием направо и налево, просто получая от этого удовольствие. Удовольствие то он получает, конечно же, только вот толчком к таким действиям является банальная причина - его физические данные. Есть ли особый смысл в осторожности и долгосрочном планировании действий, если ты на две головы выше любого противника и можешь чуть ли не отрубить ему конечность через доспех средней тяжести? Согласитесь – нет. Вот в этом и кроется истинная причина. Борн сражается так не из-за того, что голова пуста, а потому что просто имеет возможность. Бессмертных в этой жизни не бывает, он прекрасно знает об этом, хотя старуха с косой явно боится к нему приближаться. Громоздкость Дуболома иногда вводит в заблуждение – иным разом его удары обрушиваются с внушительной скоростью, так что ворон в сражении с ним считать не стоит. Его шаг тяжёл, широк, но в то же время быстр, накопленная в теле мощь позволяет передвигаться без штрафов даже в тяжёлой броне. Взгляд источает силу и уверенность, временами надменность, если человек, на которого он обращён, кажется Ярмсу по каким-то причинам недостойным. Громила вообще сам по себе не стесняется выражать своё недовольство в любых ситуациях. За словом в карман точно не полезет. И очень любит дискутировать с теми, кто не боится лишь одного его грозного вида. Хотя, мелочные люди обычно избегают с ним противоборств, именно таких он не слишком уважает и старается долго в их обществе не задерживаться. Не скупится на помощь, если она действительно кому-то необходима. Ему свойственно тактильное общение, так как он искренне считает, что оно необходимо для лучшего понимания и прочувствования намерений собеседника. Правда с высоты своей колокольни иногда перебарщивает, из-за чего люди худощавые и слабоватые не особо рады получить что-то вроде похлопывания по плечу, которое так и заставляет на колени опуститься. Беседы поддерживает с удовольствием, любит совершенно по-разному шутить. Персонаж довольно харизматичный, если в целом.

Очень ценит женскую красоту, да и вообще прекрасную половину человечества(времен­ами и не только его). Борну нравится общаться с девушками, когда они его не боятся, делать им комплименты, легко флиртовать, хотя получается не всегда удачно. Не смотря на это, у него никогда не было серьёзных отношений, может лишь пара кратковременных интрижек. Однако, если речь заходит о несвойственных какому-то полу вещах, профессиях - не разделяет общество на мужчин и женщин. Считает, что каждый волен выбираться себе путь сам, однако этот путь должен быть достойным, приносить пользу обществу и соответствовать всем наставлениям всевышних, которые, в свою очередь, являются неотъемлемой частью жизни воина. Вера Борна крепка и непоколебима. И всякий раз, когда представляется возможность, он старается укрепить её в сердцах всех остальных людей. У каждого в жизни возникают моменты, когда ему кажется, что не только всё окружение отвернулось от него, но и боги закрыли свои всевидящие очи, перестав сопутствовать и направлять. Это моменты редки, но обычно оставляют самые мрачные отпечатки в истории пути каждого человека. Однако свет Троя не знает исключений – Ярмс чётко знает это и убеждает в том других, своей уверенностью и демонстрацией силы. В виду своей деятельности, а так же не свойственной людям силы, он привык считать, что является олицетворением божественной мощи - её самой ничтожной из всех возможных крупицей. Люди сами с ним зачастую согласны и вдохновляются его словами и действиями. Хоть по факту пантеон один единственный, интерпретируют священное писание в разных уголках Элеаса совершенно по-разному. И где бы Дуболом не находился, он всегда находит время для беседы о богах, об отношении к ним местных жителей. Любит послушать истории из жизни: как людей, занимающих определённые ниши в обществе, так и обычного народа. И существует некая особенность – Борн со всеми общается довольно лояльно и просто. Это касается и высших слоёв общества, даже правителей и их супругов. За такое мужчину время от времени подвергают критике, но обычно за спиной, не смея выказывать недовольство в лицо. Хотя видные персоны, поддерживающие с ним контакт, давно к такому привыкли, им зачастую даже нравится такое раскрепощённое отношение. Исключениями являются представители церкви, с которыми Ярмс строго следует всем установленным правилам. От обычных священников до Его Святейшества. Касательно финансов – вояка довольно расточителен(времен­ами). Не привык копить деньги, но пользуется ими по ситуации. Иногда может чуть ли не всё жалованье спустить за неделю. Иногда теми же неделями вообще к нему не притрагивается – зависит от настроения и занятости в данный момент. Совершенно не привередлив в условиях проживания. Комфортно себя чувствует, когда спит на сене(а такое из прихоти временами бывает) и питается хлебом да водой. Ну и когда проводит ночи на мягкой перине, питаясь подобающе статусу, тоже, естественно, не жалуется.


VIII. История жизни
Жизнь Борна зародилась в небольшой деревушке в предгорьях глыбовых гор, недалеко от Диллерима. Его семья не представляла собой ничего необычного: отец был местным кузнецом, а мать, как и многие люди в деревне, работала в полях, а так же вела домашние хозяйские дела, временами помогая местной травнице-знахарке со сбором растений в близлежащем лесу. Материнской любви мальчишка лишился в раннем возрасте, отчего впоследствии мать толком и не помнил. Виной тому был несчастный случай, связанный с поздним возвращением из леса. Проходили слухи о том, что дикие звери стали более агрессивны, но никто не придал тому значения, пока знахарка и её помощница не были на утро найдены мёртвыми на выходе из лесной чащи. Естественно, после того случая деревенские мужчины истребили всё потенциально опасное зверьё, но растить мальчишку дальше местному кузнецу уже пришлось в одиночку. Не сказать, что с этим возникли какие-то проблемы: первое время помогали соседи, потому как не было возможно брать Борна к себе на работу, а после того, как ему исполнилось пять, он был уже вполне в состоянии позаботиться о себе сам. Год-два он заведовал практически пустым домой, так как отец работал с утра до ночи и приходил лишь переночевать. Уже с трёх-четырёх лет рост у мальчика происходил гораздо быстрее, нежели у его сверстников. К семи годам он уже совсем окреп и сразу подался в подмастерье к родителю, стал много времени проводить с ним в кузнице. Прививание парнишке любви к религии началось задолго до этого момента, буквально сразу после смерти матери. Каждую службу, что проходила в совсем небольшом местном храме, отец брал сына с собой, без какого-либо давления и насильственных методов всё больше и больше знакомя его с основой жизни практически всех жителей не только Драгомира, но и Элеаса в целом. Мальчишка как никто другой проникся трактуемыми идеями священного писания, они практически сразу и очень крепко запали к нему в душу, а впоследствии лишь укреплялись. Так, к пятнадцати годам, когда он решил покинуть деревню и отправиться в Диллерим для прохождения военной службы, он уже являлся полностью сформировавшейся личностью, с чёткими установками на перспективы и невероятно крепкой верой, которую ничто не смогло бы пошатнуть.

Надо было видеть лицо военного в пункте приёма новобранцев, когда он с трудом задрал голову, оторвавшись от бумаг, чтобы взглянуть на очередного добровольца. Борн отнюдь не выглядел как-то страшно, скорее наоборот: некий очень уверенный в себе добрячок, который точно осознаёт причину, по которой он сюда явился. Однако удивительным было то, что к своему пятнадцатилетию он был уже практически два метра ростом, а вес его достигал без малого ста килограмм. Телосложение было очень плотным и мужественным, с первого взгляда было понятно, что у этого мальчика огромный потенциал в военной сфере. Узнав возраст новобранца, военному оставалось лишь отойти от небольшого культурного шока, после чего он поспешил записать его в список и направить дальше к его первому непосредственному начальнику. Ближайшие три года были очень лёгкими для Ярмса. Он без проблем осваивал все основы военного дела, показывая одни из лучших результатов во всех возможных дисциплинах. Со временем большинство партнёров по спаррингу даже перестали проявлять всякий интерес к занятиям, заранее зная, что выиграть у такого оппонента слишком сложно на данном этапе. Но как оказалось в итоге – для них пока что всё было не так страшно. К моменту присяги Борн вымахал ещё на 20 сантиметров и прибавил столько килограммов веса. Он стал поистине огромным и подавал большие надежды в качестве мастеровитого бойца. Отличные отзывы от начальства, прекрасные оценки и физические характеристики позволили ему без всяких препятствий поступить на службу в Столичную Сухопутную Военную Академию. Его продвижение по службе продолжалось в том же ключе и далее: проблемы возникали очень редко и довольно быстро решались. Помимо базовых армейских навыков, теперь изучались более весомые дисциплины, необходимые для офицерской должности. С непривычки было трудно, но из-за способности быстро приспосабливаться уже после первого года обучения в Академии всё встало на свои места и вновь пошло как по маслу. Углубление в военную науку потребовало большего вовлечения в культуру и грамоту как таковые, а для самостоятельного изучения чего-либо необходимо было научиться писать и читать, чем Ярмс и занялся в первую очередь. Эти знания так же помогли ему и в углубленном изучении религии, от которой он в эти годы ни в коем случае не отстранялся. «Юный Борн, посмотри на себя! Ты растешь таким большим и сильным! Это определённо дар не просто матери природы, Боги несомненно сопутствуют тебе. Запомни эти слова и всегда вспоминай, если вдруг усомнишься в себе. Сила Всевышних прямо здесь…» - заключил когда-то давно отец, ткнув мальчику в грудь пальцем - в район сердца. Возможно, Ярмс воспринял слова своего родителя тогда слишком буквально, но они никогда не выходили из его головы. Он каждый раз смотрел на себя, на все те возможности, которые ему подарены, изо дня в день убеждаясь в правоте этих слов. Со временем он буквально убедил себя в том, что является воплощением божьей силы, пускай и совсем ничтожной её частью, но даже её было достаточно для доминированием во многих аспектах. Его крайней степени религиозность со временем породила в рядах сослуживцев слух, практически идентичный с его убеждениями. В итоге многие были согласны с такой трактовкой возможности существования человека подобных размеров. К окончанию его обучения, он остался в рядах лучших, немного уступая паре человек в теории, однако честном бою равных ему не было. Да и в нечестном тоже. За время службы появилось много различных знакомых более высоких на тот момент чинов, причём не только военные были заинтересованы в знакомстве с Ярмсом, но и многие видные политические деятели. Узнав гораздо больше о политике и управлении государством, он был полностью удовлетворён тогдашней политической ситуацией. Его устраивала монархическая схема правления, ведь монарх напрямую содействовал с церковью, а значит, делал всё правильно, считаясь с божьим мнением. В звании капитана Борн был предоставлен сотнику Северной дивизии, где, наконец, начал командовать собственным полком и получать действительно необходимый настоящий военный опыт.

Прозвище «Дуболом» пришло к Ярмсу внутри полка, впоследствии распространившись в массы. В 691 году, накануне зимы, одному из сержантов с частью солдат подразделения было поручено помочь некой деревушке в заготовке припасов на период холодов. Деревня эта находилась на территории хребта Корренол, на востоке от основного тракта, на высоте шестисот-семисот метров. Хоть зима ещё только близилась, холод здесь уже давал о себе знать, а в месте, откуда пришло письмо с прошением прислать помощь, скопилась куча природных несчастий. Жители из года в год успевали приготовить всё в самый последний момент, однако в этот раз катаклизмы нарушили все их планы. Сильным ураганом снесло крыши амбаров, а следом за этим сошла ранняя лавина, благополучно засыпавшая половину деревни. Вдобавок, местное зверьё позарилось на и без того небольшое количество скота, за которым пришлось следить более пристально. На фоне всех этих событий жители совершенно не успели толком и дров даже заготовить. Если в двух словах – хуже некуда. Военные прибыли не совсем вовремя, однако оперативно принялись помогать приводить всё в порядок. У самого же Ярмса выдалось несколько относительно свободный дней, потому через некоторое время он решил навестить своих подопечных, дабы удостовериться, что они справляются. По приезду ему доложили, что всё не так уж и плохо, однако в деревне стало совсем не хватать инструментов, так как под лавиной похоронен последний плотник, из-за чего заготовка древесины продвигается медленно. Заготовка происходила недалеко от деревни, где росли молодые дубы какой-то особой породы: древесина была мягковатая и вдобавок они без проблем переживали зиму, хотя для дубов подобное совсем не свойственно, холод они обычно не любят. Навскидку – им было лет 40, может чуть меньше или больше. Борн посмотрел на всё это дело и приказал подпиливать стволы лишь на треть и оповестить его, когда хотя бы пара десятков деревьев будет в указанном состоянии. Приказ был выполнен через пару часов, командира тут же проинформировали и Ярмс вернулся к роще, отвлёкшись от разговора со старостой. Все ждали дальнейших указаний и пытались понять, в чём смысл не допиливать до конца стволы?! Капитан же, недолго думая, подошёл к ближайшему дереву. Обхват его рук был чуть больше, чем диаметр ствола. Он демонстративно обнял дерево и принялся раскачивать, тянув на себя и обратно. Сначала шло туговато, но раза с вомьсого-десятого амплитуда стала увеличиваться, и вскоре дерево с треском завалилось в противоположную от запила сторону. Вряд ли подобное было возможно для обычного человека, но Борну на то сил хватило, он успел ещё раздобреть за время, прошедшее на капитанском посту – стать ещё сильнее, чем при получении звания. Этот случай и послужил поводом для возникновения прозвища. Работа в деревне в скором времени закончилась: командир вместе со своими бойцами и спокойной душой вернулся в расположение.

В 713 году в штаб Северной дивизии пришло письмо, в котором говорилось о нападении на королеву и последовавших за ним волнениях в монархических кругах. В связи со спокойной обстановкой на севере, Ярмсу было приказано собрать необходимых ему людей и выдвинуться в столицу, дабы помочь гвардейцам с улаживанием потенциальных конфликтов, в случае необходимости. Не теряя времени, капитан последовал указаниям начальства и уже ко второй декаде месяца Царствования Феоны, с отрядом из 100 человек прибыл в Миллениас, поступив под командование начальника гвардии Фортуоны Нивьери. В то самое время в столицу прибыл Лоберрийский принц Мэтрим Коутон, с которым, после случайного знакомства, у Борна совсем скоро наладились довольно дружественные отношения. Через несколько дней после его прибытия состоялся военный совет, на котором командующие были оповещены и потенциальном нападении нежели. О таком воинов северных границ никто не предупреждал, но деваться было некуда. Кроме того, долг перед отчизной обязывал их оберегать страну и монархов от любых опасностей и не важно: живая она или уже давно мёртвая. Одна пятая отряда получила ранения в том сражении, Ярмс же хоть и очень активно истреблял нечисть на передовой, не получил серьёзных ранений, выйдя из воды практически сухим. Сразу после успешного завершения операции Фортуона покинула свой пост. Непосредственным начальником капитана стал Мэтрим, с которым после его назначения они ещё больше сблизились и тесно общались. Пообщавшись с принцем некоторое время, Борн искренне считал, что тот прибыл из чужой страны только лишь с благими намерениями и всячески старался способствовать государству. Через некоторое время после происшествия с нежитью, королева Лилитана приказала устроить праздник белого мира. В столице в то время начались волнения со стороны появившихся представителей либерализма, к действиям которых Дуболом отнёсся крайне негативно. Однако, установленное между фракциями перемирие долго не продлилось: во время праздника возникли беспорядки, а вскоре все узнали, что главнокомандующий Кирдан погиб. В этот день судьба Драгомира совершила резкий разворот в противоположном направлении. В ближайшие месяцы стране предстояла огромная работа по восстановлению порядка, что в сложившейся ситуации было далеко не самой простой задачей.

Через три месяца после нападения мертвецов королева Лилитана объявляет о помолвке с принцем Коутоном. В какой-то момент на принца совершают покушение, но он остаётся жив, однако получает ранения. Ярмс навещал его в лазарете и не заметил у жениха королевы серьёзных проблем со здоровьем. Вскоре Мэтрим поправляется, и вся столица погружается в празднование нового союза монархов. С юга приходят дурные вести – на Диллерим напал неизвестный враг. На фоне этих новостей у института магии вспыхивает гражданский бунт. Борн со своим отрядом участвует в его подавлении, которое успешно заканчивается для гвардии. Впервые капитан слышит об организации магов «Глаза Нэрейт», которая отправляется на юг – помогать в борьбе с захватчиками. Немногим позже оказалось, что неприятель всё же продвигается к сердцу страны. Борн со своим отрядом остаётся в Миллениасе, всеми силами помогая в решающем сражении. Когда темнокожие, наконец, добрались до города – начался настоящий ад. Ярмс ещё никогда не видел, чтобы его товарищи умирали такими чудовищными способами, как в тот день. Магия, которую использовали тёмные эльфы, выбивалась из общей массы, вызывала отвращение и страх. Было ясно, что появление существ с подобными способностями – это самое страшное, что случалось с Драгомиром на последние несколько десятков лет, а может даже и столетий. В добавок ко всему драконы – персонажи сказок и легенд, маячили перед глазами. И не во сне, а наяву! Заживо сжигая людей, разрушая городские постройки. Дуболом не верил своим глазам, но ожоги и следы от неведомой доселе магии на теле не давали каких-либо альтернатив. Всё это происходило по-настоящему. Та ночь до самой смерти будет представать Борну в кошмарах, напоминая о погибших в бою товарищах и о том, что всегда всё может стать ещё хуже.

Влияние королевской армии после «войны крови» сильно ослабло, люди начали нападать на магов, из-за страха неведомого опасаясь за свои жизни. Проведя определённое время в лазарете, капитан вновь возвращается на службу, пытаясь поддерживать хоть какой-то порядок. В один из мрачных дней Мэтрим Коутон погибает при странных обстоятельствах от взрыва. В экстренном порядке командование принимает решение назначить Ярмса начальником столичной гвардии, так как тот внёс весомый вклад в защиту города и всего государства в целом. Капитану же ничего не остаётся, кроме как принять должность, иначе и без того плачевная ситуация могла бы разразиться ещё большим количеством бедствий. Главнокомандующий армии Алистер Ричардс находится в плену, а королева Лилитана отмалчивается. Положение лоялистов становится критическим: удерживать порядок в столице удаётся всё сложнее и сложнее, вдобавок проявивший характер Институт начинает так же доставлять проблемы. Наступил месяц Восхода Луниэль. Мазрим Тайм спасает людей от разбойников, Алистер возвращается в столицу, а маги школы воды устраняют массивный пожар в доках. События, на время облегчающие ведение дел в столице – народ немного расслабился. Из-за полученной Алистером информации, командование принимает решение отбить Диллерим, однако операция проваливается. В столице же из-за очередных магических воздействий вновь возникло немереное количество нежити. Сражаться с ними пришлось всем и вся, особо не разбираясь в друзьях и врагах. Если ты живой, то уже хорошо. После победы в сражении у Храма Семерых великих Богов, Борн проследовал с командующими противоборствующих фракций на центральную площадь. Там он стал свидетелем смены власти – либералы теперь встали у руля. Начальник гвардии был сломлен вестью о том, что не осталось более монарха, который сможет вести страну за собой. Не желая умирать, он, как и большинство офицеров Драгомира, в ближайшем будущем присягнул на верность республиканскому Сенату.

Целый год проходит в Драгомире относительно спокойно. Сенат во главе с Мазримом Таймом возвращает страну к жизни, однако тратит на то большое количество ресурсов. Борн с течением времени, не смотря на положительные действия Тайма, всё больше разочаровывается в нынешнем правительстве, так как никто из Сената совершенно не считается с великими Богами. Хоть религия сильно распространена на территории Драгомира, церковь переживает не самые лучшие времена. Выбираемые людьми представители в сенат совершенно точно не являются божьими посланниками. Они ныне правят по прихоти людей, и этот факт не даёт капитану покоя. Однако он, поглощённый переживаниями и видящий в правительстве лишь богохульников и безбожников, продолжает смиренно исполнять свои обязанности, не рискуя вставать наперекор Мазриму, ибо тот ясно дал понять, что будет, если кто-то не согласен с его вариантом правления.

Наступил очередной месяц Царствования Фионы, уже 715 года. Началась шумиха в Институте Магии. Краем уха Ярмс слышал, что маги стали более активными, но в их дела не лез, пока они не доставляли проблем в сферах, находящихся под юрисдикцией гвардии. Послы из Лоберрии, прибывшие для расследования, были атакованы неизвестными, обозначившими лишь информацию об организации «синдикат». Не успел даже начальник гвардии увеличить частоту и качество патрулирования, как случилось непредвиденное – Мазрим Тайм был убит в храме Семерых Великих Богов. Подобное событие вновь спровоцировало волнения, и в тоже время Борн осознал, что стал слишком мягок и безмятежен. В любом случае в его обязанности входила защита всего населения столицы от любых недоброжелателей. И вдруг Верховного Канцлера убивают прямо в самом главном храме страны. Этот случай позволил капитану взять себя в руки и гораздо более серьёзно сосредоточиться на своих обязанностях. Мелкие грабежи и разбои начали возникать там и тут, однако зачастую в докладах было указано, что виновники происшествий скрылись, а улик не было найдено. Охрана города была усилена, но новая напасть навалилась, а если быть точнее – пролилась на город. Из-за прорванной на севере платины в город хлынуло огромное количество воды, в связи с чем пришлось заниматься этим вопросом с срочном порядке. Эвакуация прошла вполне удачно, если рассматривать такие экстренные обстоятельства, однако общий положительный исход был испорчен действиями магов, у которых по определённым причинам не удалось спасти значительную часть населения. Благо разъярённая толпа ими же и была усмирена.

То тёмные эльфы, теперь – змеелюды. Одно хлеще другого. Известия о существовании змеелюдов где-то глубоко под землёй лично для Ярмса не сулили ничего хорошего. Честно говоря, он уже даже удивляться подобным поворотам перестал. Все эти происшествия, произошедшие со времени его назначения, несли за собой лишь только беды и смерти. И в очередной раз, когда было назначено грандиозное празднество – свадьба Силиции Равэн и графа Эрейта, рухнул мост, что должен был быть торжественно открыт в этот день и гордо носить имя Верховного Канцлера. Быстро стало ясно: это намеренный взрыв, а не недосмотр архитекторов или что-то подобное. В правительстве и Интституте плелись интриги, а из-за них в городе продолжались беспорядки. Произошло происшествие в кузнице, от чего люди с ближайших домов испугались полтергейста и перебрались в соседние районы. То и дело вспыхивали очаги сражений, уже больше похожи на личностное решение проблем. В определённый момент сразу несколько точек были поражены магами, от чего гвардия оказалась отвлечена, а колдуны взяли буквально всё в свои руки. В пылу сражения в республиканском замке, Ярмса, как и всех остальных, судя по их виду, пронзил божественный глас, пронесшийся сквозь пространство через сердца всех людей страны. Вера вновь воспылала в сердце Дуболома ярким пожарищем, вселяя надежду в возвращение верований богов в политику государства, а так же давая силы для подавления восстания.

Не без труда, но волнения магов были устранены. Определённая часть была убита, но большая часть скрылась. Теперь их точно стоило опасаться, потому Стефан Эретайн подписал несколько приказов о розыске «преступников» и наделил всех представителей правопорядка полномочиями в их поимке или устранении. Так же ввёл комендантский час и ещё несколько вещей для более тщательного контроля над городом. После почти двух месяцев поисков магов, гвардия не добилась совершенно ничего, ровно как и тайная канцелярия. Однако, после Божьего голоса, процитировавшего священно писание, в стране начало возвращаться влияние церкви. Время от времени до Борна доходили слухи о так называемом «теократическом» движении, основанном непосредственно на вере. Такое явление не могло его не радовать. В какой-то день, толи по воле случая, то ли Боги так наказали: военный встречается с Риеннон Хелдер в одном из коридоров республиканского замка. Между ними завязывается лёгкий, ни к чему не принуждающий разговор, в котором без какой-либо конкретики и даже названий, девушка говорит о теократизме и важности веры в тех условиях, в которые все мы были поставлены.
Как они встретились, так и разошлись, однако Борн остался под большим впечатлением от слов Риеннон. Она ведь слышала и чувствовала то же самое в тот день смуты чародеев?! Быть может, она заглядывает гораздо дальше в перспективное будущее?..

IX. Способности
- Невероятно физически силён, очень вынослив;
- Имеет врождённую повышенную регенерацию (ничего сверхъестественного­: банально быстрее приходит в норму, нежели среднестатистически­е люди);
- Так же имеет повышенное ментальное сопротивление;
- Выбросы адреналина оказывают усиленное влияние на организм;
- Предрасположенность­ю к магии НЕ обладает от слова АБСОЛЮТНО;
- Умеет держаться в седле, однако далеко не каждая лошадь может выдержать подобный вес, потому временами неуклюж;
- Искусно владеет своим основным вооружением (двуручная секира/клювовидный атакующий щит);
- В сражении может пользоваться всеми подручными средствами, обычно не особо разбираясь в технике;
- Из-за высокого болевого порога часто не замечает получаемых трав, которые без необходимой медобработки впоследствии дают о себе знать. Из-за этого, даже не смотря на физические качества, является частым клиентом лазарета;
- Не пользуется стрелковым оружием;
- С такой массой не имеет возможности долго или быстро бегать, без доспехов только на совсем небольшие дистанции;
- В виду своей должности отлично знаком с военным делом как таковым;
- Хорошо знает кузнечное дело, но в нынешнее время практически не пользуется накопленными знаниями и умениями;
- Из-за обострённого интереса к религии хорошо обучился грамоте: письму и чтению;
- Знает правила этикета, но пренебрегает ими;
- Обладает навыком первой помощи;
- Неплохо готовит грубую походную пищу.
X. Тема пробной игры
.
Вчера — четверг, 16 августа 2018 г.
Больше не одна - Атака Титанов, Хвост феи. Male! Микаса/Эрза Скарлетт. Rony Key 16:46:02
Эрза.

Больно... Не физически, душевно. Но разве это важно? В мире, где страдают тела, на души не остается времени. А она сильная. И она справится. Нет, не так. Она просто обязана быть сильной. Но Эрза обязательно справится. Ведь не зря именно она - Титания, Железная леди, Алый танцующий демон. Какое бы прозвище не выбирай, оно демонстрирует ее силу. Ее никто не поставит на колени. Никто не увидит ее слез. Она этого просто не позволит. Эрза готова ходить босиком по стеклу, если это хоть кому-то поможет спастись. Таков удел сильных. А она - сильная.
Титания... Эрза уже ненавидит это прозвище, а ведь раньше ей было на него все равно. Только что почти ее тезка сожрал человека. К горлу подкатывает тошнота. А по телу разливается предательская слабость. Ей страшно. Но... она не позволит никому этого увидеть. Это нормально. Все бывает в первый раз. Но она должна... Нет, просто обязана справиться. А значит так и будет. Ее не согнуть.
Все же... это не Фиор. Та, прошлая жизнь, напоминало сказку. Пускай местами очень грустную и жестокую, но все-таки сказку. А этот мир... Это какой-то кошмар. Человечество оказалось на грани гибели. Причем больший вред ему наносили даже не титаны, а именно сами люди. Именно они могли легко столкнуть некогда бывших союзников со стены, если бы это помогло им прожить еще хоть мгновение. От этого Эрзу тошнило в буквальном смысле. Их же можно было спасти. Можно... Но кто-то решил, что просто не надо. А самое печальное было то, что сама Хвостатая фея хотела спасти всех вокруг гораздо больше, чем они, жители этого мира. Они хотели лишь спасти свои шкуры. От этого тоже становилось... больно?
Отправляясь буквально месяц назад на задание, Скарлетт и представить не могла, как ее жизнь круто сменит направление. Оказаться в другом мире почти без магии - это плохо? Возможно, но гораздо хуже именно обитателям этого мира. Ведь у них такой сказки, как у нее, не было. Еще Эрза поняла, что здесь ненавидят все необычное. Именно поэтому ей приходится скрывать свои волосы под банданой. Уже бывали претенденты на ее убийство. Правда, у них ничего не получилось. Но все равно было неприятно. Магия не исчезла, а просто ощущалась внутри. Но вылезать и хоть как-то проявляться не спешила.

***



- Кто ты, новичок?!!! - уже наверное в десятый раз орет инструктор, остановившись напротив Скарлетт. Скольким, интересно, он говорил подобное? Сто четвертый набор... Многим. Интересно, многие из этих многих выжили? Мужчина снова нетерпеливо повторяет тот же вопрос. Интересно, зачем так орать? Хотя это же армия. Девушка не отвечает. Лишь смеривает того оценивающим взглядом. Страха в ее глазах, как и благоговения, нет. Лишь еле заметная черная капелька грусти лежала на дне карего равнодушия.
И вообще, складывается такое впечатление, что обладательница этих темно-карих глаз гораздо старше, чем выглядит сейчас. Пожалуй от этого становилось не по себе. Будто она видела уже слишком многое, будто бы через слишком многое уже прошла. Ей же всего семнадцать. Откуда это неприятное ощущение?
- Эрза Алая. - привычное имя-кличка соскакивает с губ прежде, чем аловолосая успевает хоть что-то сообразить. Исправляться уже поздно. Да и не имеет смысла. Главное сделать вид, что так все и задумано. - Стена Мария.
Именно так. Глаза в глаза. Не отводя их и не пытаясь увиливать. Своеобразная борьба, в которой ни один не хочет проигрывать. Инструктор отводит взор, про себя одобрительно хмыкая. Именно из таких получаются самые лучшие солдаты.
- Алая? Почему же? - без любопытства спрашивает Шадис. Так, для проформы.
- Прозвище. Друзья прозвали. Из-за цвета волос. - Скрываться или отпираться... Зачем? Титания никогда так не поступала. Так зачем же сейчас начинать? Тем более... разве перед будущими товарищами стоит скрывать правду? Это лишь плодит недоверие, которое в последствие может плохо кончиться. Она на своем опыте в этом убедилась. Слышатся тихие смешки. Это нормально. Все же, в этом мире нет такой богатой палитры цветов как в Фиоре. Правда под взглядом инструктора, хихиканье завяло на корню. Эрза распрямляет плечи и с вызовом смотрит прямо в глаза.
- Алые? Интересно. - хмыкает Кис, отходя к следующиму кадету. Скарлетт еле заметно расслабляется. Первое знакомство, можно сказать, прошло успешно.

***



Больше всего Эрза боится не вернуться в Фиор. Как же ребята без нее? А вдруг они думают, что она погибла? А Венди? Эрза ведь пообещала ее защищать. Тысячи вопросов клубятся в голове, мешая спокойно и ровно дышать. Да и сосредотачиваться на тренировках толком не получается. Правда ее тело действует само собой, автоматически. Но мысли о "Хвосте феи"... Неужели, Эрза совсем никогда туда не вернется? От этого становится почти физически больно. Но не так как душевно.
Однако, еще больше Эрза боится все же вернуться. Нет, она будет счастлива поначалу. Да и все остальные тоже, но не по началу, а совсем. Только... в какой-то момент ей нестерпимо захочется вернуться обратно. А это желание, почти физическое, рано или поздно ее погубит. Так какой в этом всем смысл, если ее сердце останется тут? Взгляд сам собой машинально обшаривает тренировочное поле, находя знакомую черную макушку. Застукав себя на этом, Титания раздосадованно мотает головой и зло отводит взгляд. Это война. В любой момент можно погибнуть. Тут не до романтики. Да и к тому же... Микас не видит ничего, кроме младшего брата. В Эрене для него весь мир. Его привязанность и впрямь какая-то ненормальная. Все давно уже ходят и зубоскалят, а Аккерману абсолютно пофиг.
Эрзе грустно и физически плохо. Нет, она не ранена и как прежде выполняет все рекомендации инструктора, уступая в физической силе только Микасу. Правда аловолосая вполне компенсирует это своей ловкостью. Но ходить и буквально каждый миг видеть в своих новых сослуживцах старых друзей, при этом не имея возможности их обнять... На это нужно иметь очень много сил.
Эрен и Жан - совсем как Нацу с Греем. Вечно цепляются к друг другу и дерутся. Вроде и друзья, но иногда ведут себя хуже врагов. Криста - вылитая Венди. Такая же добрая, чистая и заботливая. Только малышка Марвелл милее и дороже сердцу в тысячу раз. Имир - Шарли на пару с Дождией. Странное сочетание, но прокатывает. Армин - Леви, такой же умный. Только МакГарден, пожалуй, более смелая и говорит прямо то, что думает. А еще Арлетт напоминал своей робостью упомянутую выше Венди. Здесь всем можно было подобрать сравнение. И сколько бы Эрза не сравнивала, с каждым разом все с большим удивлением понимала, что сравнивает Аккермана с собой. Пожалуй, в женском обличие он бы был еще той стальной леди.

***



Мысли о семье мешают мешают спокойно жить. С каждым вдохом легкие печет все больше. Алая сгорает буквально на глазах. Феи не могут без магии. А ведь Эрза в первую очередь именно фея.
Девушка не привыкла показывать свои слабости. Она очень редко плачет. За всю свою сознательную жизнь не более десяти раз. А если и плачет, то этого никто не видит. Потому что Эрза не терпит слабости. Она сильная. Она сама совсем справится.
Девушка мучает себя, привычно хороня внутри все свои проблемы и переживания. Интересно, когда это началось? Она и сама не знает. Может быть в Райской башне? Там, где за широкой улыбкой, аловолосая привыкла скрывать свой страх и слезы и подбадривать окружающих? Кто знает. Возможно именно поэтому.
До предела расправленные плечи и прямая спина. Спокойный взгляд и тихая полуулыбка. Девушка делает все, что бы никто не заметил, как ей плохо. Но скрывать свои истинные эмоции абсолютно ото всех невозможно. Первой, как ни странно, тревогу забила Саша. Все чаще на пару с Конни эта забавная девушка отвлекала ее от мрачных мыслей. Скарлетт ненадолго оживала, даже стараясь влиться в общий балаган, но спустя уже десять минут ее взгляд приобретал привычную отрешенность. Даже клубничный торт, любимое лакомство Титании (И как только узнали?), которое эти чуды умудрились толи притащить, толи протащить, не возымел должного эффекта. Криста на пару с Имир пыталась выяснить в чем причина, но Эрза только отмалчивалась.
Находясь в раздумьях по поводу гильдии, аловолосая совсем не замечала, что черные глаза все чаще стали задерживаться на ее фигуре. Микас хмурит тонкие брови, о чем-то думая про себя. В такие моменты для него перестает существовать даже Эрен. А тот опять спорит с Жаном. Оба чуть ли не орут, но подраться пока не решаются. Возможно, это из-за инструктора, который маячит чуть сзади.
- Нацу, Грей, я же просила. - в полной тишине раздается недовольной голос. Аловолосая все еще в своих раздумьях. Но вот она мотает головой, стряхивая воспоминания. - Ах да. Простите. Перепутала. Эти оба ведут себя точно так же.
- Эм... Эрза-сан, а кто это? - робко спрашивает Армин.
- Друзья. - большего от нее невозможно было добиться. Она снова ушла в свои воспоминания, укрывшись плотным звуконепроницаемым панцирем.

Микас.

"Нацу и Грей..." - уже в сотый раз повторяя про себя невзначай оброненые Эрзой имена, брюнет до конца так и не смог понять свои эмоции. Ему ведь должно быть все равно, так? Так почему же он чувствует лишь глухое раздражение? И к тому же, что он знает про этих людей? Только их имена и то, что они ведут себя так же как его брат и Кринштайн.
- Интересно, кто эти Нацу с Греем? - тихо спрашивает шатен у блондина, переводя зеленые глаза в его сторону. Армин лишь пожимает плечами.
- Да понятное дело. Те, кто ей дорог. Ну или был дорог. - неожиданно вмешивается Райнер. Джагер задумчиво кивает. Человечество потеряло уже слишком многих из-за титанов. И где гарантия, что Скарлетт тоже не потеряла? Нет.
- Микас, ты чего? - шатен вопросительно смотрит на брата. Аккерман уже в который раз поражается тому, что тот может безошибочно определить на его обычно безэмоциональном лице смену эмоций. Брюнет лишь пожимает плечами. Раздражение никуда не ушло. Даже наоборот. Стало гораздо отчетливее. Хотелось пойти на тренировку и с помощью физической боли выкинуть из головы лишнее мысли.
- Ты злишься. - спокойно говорит Джагер, пристально наблюдая за Микасом. - Это из-за нее?
- Отстань от меня. - недовольно рявкает брюнет, буквально вылетая за дверь.
- Значит все же из-за нее... - в полной тишине тянет Эрен, заговорщицки переглядываясь с Армином и Райнером. Даже Жан согласился (так уж и быть) принять участие.

***



Отрабатывая, наверное, уже в сотый раз один и тот же удар, Аккерман корил себя за то, что сорвался. Теперь Эрен узнает и выпытает абсолютно все. Все же, вставать на пути у его брата - это, пожалуй, как встать на пути у титана. Абсолютно бесполезно. Да к тому же и самоубийство чистой воды.
Стоило признаться хотя бы самому себе, что эта девушка ему уже давно нравилась. Странная... Все время скрывающая свой настоящий цвет волос за черной банданой. Спокойная и решительная. Сильная настолько, насколько вообще может быть сильной девушка. Стоя с ней в спарринге, черноглазый никогда не признается ни ей, ни самому себе, что чуть-чуть поддается. Конечно, она все равно проигрывает. Но в этом случае этот проигрыш не так сокрушителен для ее гордости. Правда, узнай об этом сама Титания, Микасу ой как бы досталось...
Кулаки болели, но парень этого практически не замечал. Эрза ему нравилась. Ему хотелось быть с ней не просто спарринг-партнерами­, а друзьями. Хотя нет... Друзьями тоже быть не хотелось. Эмоции, связанные с ней, окрашивались совсем не в те краски. Хотелось касаться там, где можно, а особенно там, где нельзя. Поймав себя на этом мысли, Микас тряхнул головый, пытаяь вытрясти эту навязчивую поганку. Та ни как не хотела уходить. Мало? Значит еще двести отжиманий. Где-то на сотом причина его задумчивости его и застала.
- Не надоело еще? Ты ведь и так самый сильный на потоке. - видимо в качестве исключения Алая решила начать разговор первой. И даже села рядом, что было вообще из разряда фантастики.
- Нет. - односложный ответ. Парню впору радоваться, что из-за сумерек, та не может видеть еле заметного румянца. Микас смотрит на ее профиль, не забывая выполнять упражнение, и почти физически ощущает на себе ее пристальный взгляд.
- Давай заключим пари. - неожиданно предлагает девушка. Аккерман вопросительно изгибает бровь, впитывая в себя все ее черты и стараясь запомнить их как можно лучше. Мало ли когда такая возможность в следующий раз представится. - Ну так что?
- Условия? - Что бы Скарлетт не сказала бы, Микас уже согласился про себя. Все же обычно добиться от нее и половины действий, которые она сделала за последние пять минут, практически невозможно. Девушка смеривает его задумчивым взглядом.
- Правда. Я отвечу на любые вопросы. Но в случае проигрыша, и тебе придется говорить правду. Хотя... может этого мало... - темно-карие глаза принимают привычную, но тем и пугающую отрешенность.
- Нет. Согласен. - быстро выпаливает брюнет, пока Скарлетт снова не углубилась в себя. - Кстати, а что за пари?
- Ну... не знаю. - Алая задумалась. - Можно загадки или рукопашный бой. Только без всяких поддавков.
- Я не проиграю. - спокойно говорит брюнет и бледная улыбка появляется на губах. - Ты не с тем в рукопашке сойтись решила.
- Тогда и я постараюсь. - хмыкает девушка, принимая защитную стойку.

***



- Я же говорил. Ты не с тем в рукопашке сойтись решила. - снова хмыкает брюнет, смотря на поверженную соперницу и потирая руку. Хоть Скарлетт и была физически слабее его, но била очень сильно и больно. Точно синяк будет. Но черноглазого это совсем не волновало.
- Я так и думала. - Эрза еле заметно улыбается. Микас подозрительно смотрит на нее, но девушка этого словно не замечает. - Ладно. Я готова. Задавай вопросы.
- Настоящая фамилия?
- Скарлетт.
- Семья?
- Сирота. Настоящих родителей никогда не знала.
- Извини...
- Ничего. Продолжай.
- Любимый... человек? - на этом месте парень спотыкается. Об этом говорить... неприятно. Вроде бы и понимаешь, что такого просто не может быть и, когда узнаешь об этом, тебе будет житься гораздо легче. Но... проклятая нерешительность. А вдруг брюнет получит положительный ответ? И что ему тогда делать?
- Есть. - аловолосая задумчиво смотрит на небо. У Аккермана сами собой сжимаются кулаки. - Только мне кажется, что я его раньше любила. Раньше, не сейчас. Даже не любила... Это была какая-то очень болезненная привязанность. А сейчас... - кареглазая качает головой в такт своим мыслям. - Могу сказать, что есть такой человек, который мне, пожалуй, нравится. И ты его даже знаешь.
- Правда? И кто же? - Микас пристально наблюдает за ее эмоциями. - Помни, ты обязана говорить мне правду.
- Хм... Ну даже не знаю... - тянет аловолосая, а губы сами собой растягиваются в еле заметной улыбке. Микас это замечает и, не выдерживая напряжения, притягивает опешившую Скарлетт к себе и целует.

***



- И все же. Какой твой настоящий цвет волос? - задумчиво спрашивает брюнет, как можно крепче прижимая Эрзу за талию к себе. Та щурит глаза и расслаблено теребит концы его волос. Все же ей так давно хотелось к ним прикоснуться. Правда, знать об этом парню совершенно необязательно. У каждой девушки должен быть и свой секрет. Например, что Титания - волшебница.
- Алый. Ты не веришь? Хочешь покажу? - спрашивает девушка, руки которой начали теребить алый шарф на шее брюнета. Тот хмыкнул и перехватил через чур уж расшалившееся ладошки, прижимая их к губам. - Вредина.
- Хочу. Потому что я буду единственным, кому ты их показала. Красивые. - протянул Микас, когда девушка их распустила, позволив тяжелой алой волне заструится по плечам.

Оба сидели и молчали. Обоим было достаточно того, что между ними произошло. Конечно, возможно, стоило говорить красивые слова и так далее. Но... стоило ли это того? Красивые слова всегда останутся лишь красивыми словами. Главное сокровища любого человека - это их действия и поступки. И душа.
Возможно они не будут афишировать на людях свои отношения, но они всегда могут рассчитывать друг на друга. В любых отношениях не это ли самое важное?

- Ты знаешь... Если тебе будет нечего есть, то я поделюсь с тобой своим пайком...
- Я тоже. И даже обещаю отдать тебе большую часть. - тихо смеется парень.
- Идеальное признание. - хмыкает Титания. - Мы прямо как Саша. Кстати, Микас... - тон аловолосой чуть угрожающ, хотя видно, что она совсем не злиться. -Предупреждаю один раз и навсегда. Если еще хоть раз во время спарринга мне поддашься - убью!!!!
- И как же ты узнала? - еле заметно улыбается Аккерман. В груди распространяется приятное тепло. Может этому способствует хрупкое тело девушки, которую он крепко прижимает к себе, а может ее молчаливая поддержка. В чем же дело? Кто знает...
- Эрен сказал. - хмыкает Скарлетт, качая головой. - Я сначала хотела тебя убить. Но ребята подкинули идейку получше.
- Ребята? - с тихим ужасом спрашивает Микас, тихо взвыв про себя. Зная брата можно сказать, что он припряжет всех кого встретит.
- Ну да. Сначала там были только Джагер, Жан, Райнер и Армин. Чуть позже к ним присоединились и Конни с Сашой и Бертольдом. А потом они и остальных девчонок подключили...
- Кошмар.
- И не говори. - соглашается Эрза.

- Отлично! Вроде все получилось. - радуется Эрен.
- А ты чуть все не испортил. - недовольно ворчит Жан.
- Что сказал? Мог бы идею получше подкинуть!!! - зло зашипел шатен, сталкиваясь лбом со своим извечным соперником.
- Да вы меня даже слушать не стали!!! - зло завопил тот.
- Так, ребята. давайте жить дружно. - хмыкнул Райнер, растаскивая их в разные стороны.
- Верно сказал. - кивает Армин.
- Кстати, ПОЧЕМУ НЕ СПИТЕ??? НА ДЕЖУРСТВО ВДРУГ ЗАХОТЕЛОСЬ??? - как исчадие ада возник за их спинами Шадис. - Могу... - мужчина так и не договорил, потому что юные нарушители исчезли со скоростью света. - Вот же поганцы.

­­
­­

Музыка Руки в потолок.
Настроение: странное
Хочется: сладостей
Категории: Мои фанфики
Довести тян до депресса недоёбом. Лохушка, не умеющая дрочить, лол. Твой ламповый кун 15:25:52
Довести тян до депресса недоёбом. Лохушка, не умеющая дрочить, лол.
МИФОЛОГИЯ МЕКСИКИ Льюис Спенс ::: Мифы инков и майя камышинка2 03:07:27
Религия древних мексиканцев представляла собой политеизм, или поклонение пантеону богов, который в общем виде был схож с греческим и египетским. Однако местные влияния были сильны, и они особенно заметны в обычае ритуального каннибализма и человеческого жертвоприношения. Необычное сходство с практикой, характерной для христианства, было обнаружено в мифологии ацтеков испанскими конкистадорами,

Камень Солнца
Ацтеки, или астеки — индейский народ в центральной Мексике. Численность современных науа, как ещё называют ацтеков, - свыше 1,5 млн человек. Цивилизация ацтеков (XIV—XVI века) обладала богатой мифологией и культурным наследием. Столицей империи ацтеков был город Теночтитлан, расположенный на озере Тескоко, там, где сейчас располагается город Мехико.
На народном языке ацтеков науатль слово «ацтек» означает буквально «некто из Ацтлана», мифического места, расположенного где-то на севере. Современное использование слова «ацтеки» как термина, объединяющего народы, связанные торговлей, обычаями, религией и языком, было предложено Александром фон Гумбольдтом и мексиканскими учеными XIX века как средство отличать современных им мексиканцев от коренного индейского населения.

Сами ацтеки называли себя «мешика», или «теночка» и «тлальтелолька» — в зависимости от города происхождения (Теночтитлан, Тлателолько). Что касается происхождения слова «мешика» (аст. mxihcah, от которого происходит слово «Мексика»), то высказываются весьма различные версии его этимологии: слово «Солнце» в языке науатль, имя вождя ацтеков Мешитли (Мекситли, Мекштли), тип водоросли, произрастающей в озере Тескоко. Самый известный переводчик с языка науатль, Мигель Леон-Портилья (исп. Miguel Len-Portilla), утверждает, что это слово означает «середина луны» — от слов metztli (Мекстли, Мецтли, Мештли, Метчтли — Луна) и xictli (середина). Самоназвание «теночки», возможно, происходит от имени Теноча — ещё одного легендарного правителя.

Испанцы — романский народ, населяющий большую часть Пиренейского полуострова. Являются потомками иберо-римлян, включивших германский (вестготы и свевы) и арабо-мавританский (мавры) элементы. Говорят на испанском (кастильском), арагонском, и астурийском языках. Численность испанцев в мире составляет около 47 млн чел. В самой Испании — более 38 млн чел. Остальные живут в странах Западной Европы, в Америке, Африке.
В XVIII—ХІХ веках в России слово «испанец» часто произносилось как «гишпанец».
Потомки испанцев также представлены среди сотен миллионов человек в испаноязычных нациях Латинской Америки, а также на Филиппинах.

Конкистадор (архаизм конквистадор, исп. conquistador — завоеватель) — в период конца XV — XVI веков испанский или португальский завоеватель территорий Нового Света в эпоху колонизации Америки, участник конкисты — завоевания Америки. Лидеры конкистадоров-перво­проходцев именовались аделантадо. По мнению мексиканского историка Хосе Дурана «Вполне понятно, что конкисту совершили немногие тысячи воинов, их было, может, тысяч десять», а аргентинский историк Руджьери Романо оценивает численность конкистадоров максимум в 4-5 тысяч человек
Как правило, конкистадорами являлись обедневшие испанские рыцари (то есть идальго и кабальеро). Основными факторами, послужившими их появлению, современная историческая наука называет следующие: окончание Реконкисты, политические и экономические устремления испанской короны (в поздний период Конкисты), объединение дворянства и, главное, открытие новых земель, требовавших освоения.

Немаловажную роль сыграло то, что вдали от Европы испанец становился свободным как от королевской власти (например, ситуация с выплатами в пользу короны в начале XVI в.), так и от церковной.

Одной из их целей был поиск и захват новых земель и богатств в неизвестном мире. Конкистадорами было предпринято достаточно большое количество экспедиций и походов на территории Нового Света. Финансирование велось в основном на свои собственные средства кабальерос практически без поддержки, а зачастую и вопреки желаниям испанского королевского двора.
Коренным и основным преимуществом было наличие закованной в броню рыцарской кавалерии и огнестрельного оружия, что позволяло конкистадорам проводить успешные атаки на индейские поселения, причём местное население испытывало панический страх при виде лошадей и всадников, считая последних вообще единым целым существом. Завоевательные походы испанских конкистадоров включали кампании в Гватемале, Перу, Тауантинсуйу, Колумбии, Чили, Гондурасе и на побережье Тихого океана.
К числу наиболее известных предводителей конкистадоров относят Эрнана Кортеса (Мексика), Франсиско Эрнандеса де Кордова (побережье Юкатана), Франсиско де Монтехо (Юкатан в целом), Хуана де Грихальву (Мексика), Франсиско Писарро (Тауантинсуйу), Диего де Альмагро (Панамский перешеек, Перу и Чили), Васко Нуньеса де Бальбоа (Тихоокеанское побережье Южной Америки), Франсиско де Орельяна (бассейн Амазонки), Диего Веласкеса де Куэльяра (Куба), Педро де Вальдивию (Чили), Педро Альварадо (Центральная Америка), Гонсало Хименеса де Кесаду (Колумбия), Эрнандо де Сото (Миссисипи).

Тецкатлипока в роли Вестника Смерти
Тецкатлипока был гораздо больше, чем просто олицетворение ветра, и если его считали богом, дающим жизнь, то у него также была власть и уничтожать ее. На самом деле он иногда оказывается безжалостным посланцем смерти, и в таком качестве его величали Нецауальпилли (Голодный вождь) и Яоцин (Враг).

Тецкатлипоку обычно изображали с дротиком в правой руке, вложенным в atlatl (копьеметалка), с зеркальным щитом и четырьмя дополнительными дротиками в левой руке. Щит — это символ его судебной власти над человечеством как поборника справедливости среди людей.

Ацтеки изображали Тецкатлипоку мчащимся по дорогам в поисках людей, на которых можно обрушить свой гнев, подобно ночному ветру, который несется по пустынным дорогам более стремительно, чем днем. И действительно, одно из его имен Йоалли Ээкатль означает «Ночной ветер». Вдоль дорог специально для него расставляли каменные скамьи, своей формой напоминающие те, которые делались для сановников мексиканских городов, чтобы на них он мог отдохнуть после своих стремительных путешествий. Эти скамьи были скрыты зелеными ветвями, под которыми должен был прятаться бог в ожидании своих жертв. Но если один из схваченных им людей побеждал его в борьбе, то он мог просить все, что захочет, и быть уверенным, что божество исполнит свое обещание незамедлительно.

Считалось, что Тецкатлипока привел народ науа, а особенно народ Тецкоко, из северных краев в долину Мехико. Но он не был просто местным божком Тецкоко, его культ широко распространялся по всей стране. Высокое положение в мексиканском пантеоне завоевало ему особое почитание как бога судьбы и удачи. Место в качестве главы пантеона науа дало ему много черт, которые были изначально чужды его характеру. Страх и желание возвеличить своего богапокровителя будет побуждать приверженцев культа этого могущественного бога наделять его любыми или всеми качествами, так что нет ничего удивительного в том, что Тецкатлипока превратился в нагромождение всевозможных свойств, человеческих или божественных, когда мы вспоминаем о главенствующем положении, которое он занимал в мексиканской мифологии. Каста его жрецов значительно превосходила в могуществе, в широте и активности своей пропаганды жрецов других мексиканских божеств. Ей приписывают изобретение многих цивилизованных обычаев, и совершенно ясно, что жрецам почти удалось сделать его культ всеобщим, как это уже было показано. Другим богам поклонялись с какойнибудь особой целью, но поклонение Тецкатлипоке считалось обязательным и в какойто степени гарантией от уничтожения вселенной, той катастрофы, которая, как верили науа, может произойти при его содействии. Он был известен как Моненеке (Требующий молитв), а на некоторых его изображениях видно золотое ухо, выглядывающее из его волос, к которому тянутся вверх маленькие золотые язычки, обращающиеся к нему с молитвой. Во времена общенациональной опасности, мора или голода все обращались с молитвами к Тецкатлипоке. Главы общин направлялись к его teocalli (хрампирамида) в сопровождении толпы народа, и все вместе искренне молились о его скорейшем вмешательстве. Дошедшие до наших дней молитвы, обращенные к Тецкатлипоке, доказывают, что древние мексиканцы безоглядно верили в то, что он обладает властью даровать жизнь и смерть; и многие из них сформулированы в самых жалобных выражениях.

Праздник Теотлеко
Главенствующее положение, которое занимал Тецкатлипока в религии мексиканцев, хорошо иллюстрирует праздник Теотлеко (Пришествие богов), который полностью описан Саагуном в рассказах о мексиканских праздниках. Другой особенностью, связанной с его культом, было то, что он являлся одним из немногих мексиканских богов, которые имели отношение к искуплению грехов. Науа изображали грех в виде экскрементов, и в различных манускриптах Тецкатлипоку изображают в виде индюка, которому приносят жертвоприношение нечистотами.

О празднике Теотлеко Саагун пишет: «Когда наступал двенадцатый месяц, проводили праздник в честь всех богов, которые, как говорили, ушли в какуюто страну, местонахождение которой мне неизвестно. В последний день месяца проводили еще более пышный праздник, потому что боги возвратились. На пятнадцатый день этого месяца мальчики и служители украшали все алтари или молельни богов ветками, а также те алтари, которые находились в домах, и изображения богов, стоящие на обочинах дорог и на перекрестках. За эту работу они получали плату кукурузой. Некоторые получали полные корзины, а другие — всего лишь несколько початков. На восемнадцатый день появлялся вечно молодой бог Тламацинкатль, или Титлакауан. Говорили, что он хороший ходок и всегда приходит первым, потому что силен и молод. В ту же ночь в его храме ему делались жертвоприношения пищей. Все пили, ели и веселились. Старики особенно праздновали приход этого бога и пили вино; утверждают, что этими возлияниями ему омывали ноги. Последний день месяца был отмечен большим праздником, потому что все верили, что в это время возвращаются все боги. В предшествующую ночь на коврике замешивали тесто, так как считалось, что в знак своего возвращения боги оставят на нем отпечаток ступни. Главный служитель всю ночь следил, расхаживая взадвперед, появится ли отпечаток. Когда он, наконец, видел его, он кричал: „Хозяин пришел!“ — и тут же храмовые жрецы начинали трубить в рожки, трубы и другие музыкальные инструменты. Услышав эти звуки, все принимались делать жертвоприношения пищей во всех храмах». На следующий день должны были прибыть пожилые боги, и молодые люди, переодетые в чудовищ, швыряли жертв в огромный жертвенный костер.

Праздник Тошкатль
Самым замечательным праздником, связанным с Тецкатлипокой, был Тошкатль, проводившийся в пятом месяце. В день этого праздника убивали юношу, которого в течение целого года тщательно готовили к роли жертвы.

Его выбирали из числа лучших военнопленных этого года, и у него на теле не должно было быть ни одного изъяна или пятнышка. Он присваивал имя, одеяние и атрибуты самого Тецкатлипоки, и все население относилось к нему с благоговейным страхом, так как он считался представителем этого божества на земле. Днем он отдыхал и осмеливался выходить на улицу только ночью, вооруженный дротиком и щитом бога, чтобы рыскать по дорогам. Это, конечно, символизировало перемещения богаветра по ночным магистралям. У него также был свисток, как у бога, и с его помощью он устраивал такой шум, какой производит таинственный ночной ветер, когда летит по улицам. К его рукам и ногам были привязаны небольшие колокольчики. За ним следовала вереница слуг, а через определенные промежутки времени он отдыхал на каменных скамьях, которые ставили у дорог для удобства Тецкатлипоки. В течение этого года его сочетали браком с четырьмя прекрасными девушками высокого происхождения, с которыми он проводил время во всевозможных развлечениях. Его угощали на застольях знати как земного представителя Тецкатлипоки, а его последние дни представляли собой один бесконечный круг праздников и развлечений. Наконец, наступал роковой день, когда его должны были принести в жертву. По достижении вершины жертву принимал верховный жрец, который быстро воссоединял ее с богом, им изображаемым, вырывая на жертвенном камне из груди его сердце.


В американской мифологии змея тесно связана с птицей. Так, имя бога Кецалькоатля можно перевести как «Пернатый змей», и можно привести еще много похожих случаев, когда образ птицы был объединен с образом змеи. Уицилопочтли, без сомнения, один из них. Мы можем рассматривать его как бога, первоначальная идея которого возникла из образа змеи, символа военной мудрости и мощи, символа воинского дротика или копья, и колибри, вестника лета, того времени года, когда бог змей или молний властвует над урожаем.

Уицилопочтли обычно изображали с развевающимся плюмажем из перьев колибри на голове. Его лицо, руки и ноги были раскрашены голубыми полосами, а в правой руке он нес четыре дротика. В левой руке у него был щит, на котором имелось пять пучков перьев, расположенных в шахматном порядке. Щит был сделан из тростника, покрытого орлиными перьями. Копье, которым он размахивал, также имело наконечник в виде пучка перьев вместо кремня. Такое оружие давали в руки тем, кто, став пленниками, участвовали в сражении перед жертвоприношением, так как, по разумению ацтеков, Уицилопочтли символизировал смерть воина на камне после гладиаторского боя. Как уже говорилось, Уицилопочтли был богом войны у ацтеков, и считалось, что он привел их на место будущего Мехико с их родины на севере. Город Мехико получил название от одного из своих районов, который носил одно из имен Уицилопочтли — Мешитли (Заяц из алоэ).



Главный праздник в честь Уицилопочтли был Тошкатль, который проводился сразу же после праздника Тошкатль Тецкатлипоки. Они были очень похожи. Праздники в честь Уицилопочтли проводились в мае и декабре, когда главный жрец пронзал стрелой его изображение, сделанное из теста, замешанного на крови принесенных в жертву детей, — акт, означавший смерть Уицилопочтли до той поры, пока он не воскреснет в следующем году.

Странно, но когда вспоминают об абсолютном главенстве Тецкатлипоки, то главным жрецом среди мексиканских жрецов считают главного жреца Уицилопочтли, мешикатля теоуацина. Жрецы Уицилопочтли занимали свою должность по праву происхождения, и их глава требовал абсолютного повиновения от жрецов всех других богов и считался вторым по могуществу и власти после самого монарха.

Тлалок, бог дождя
Тлалок был богом дождя и влаги. В такой стране, как Мексика, где богатство или скудость урожая полностью зависит от количества дождей, он был, как это легко предположить, очень важным божеством. Считалось, что его дом находится в горах, окружающих долину Мехико, так как они были источником местных дождей, а популярность подтверждается тем, что его скульптурные изображения встречаются чаще, чем изображения какихлибо других мексиканских богов. Обычно он изображается в полулежащем положении с приподнятой на локтях верхней частью туловища и полусогнутыми коленями, вероятно, для того, чтобы изобразить гористый характер местности, откуда идет дождь. Он был супругом Чалчиуитликуэ (Изумрудной госпожи), которая родила ему многочисленное потомство Тлалоков (Облаков). Многие изображающие его фигуры были вырезаны из зеленого камня под названием чалчиуитль (жадеит), чтобы показать цвет воды, а некоторые из них изображают его держащим золотую змею, олицетворяющую молнию, так как богов воды часто отождествляют с грохотом, который висит над горами и сопровождает сильный дождь. Тлалок, как и его прототип, бог народа киче Уракан, проявлял себя в трех видах: во вспышке молнии, в ударе молнии и в громе. И хотя его изображение всегда было повернуто лицом на восток, откуда, как полагали, он был родом, ему поклонялись как богу, обитающему во всех сторонах света, на каждой горной вершине. Когда задували несущие дождь ветры, цвета четырех сторон света на компасе: желтый, зеленый, красный и голубой — входили в цветовую гамму его наряда, которую также пересекали серебряные прожилки, изображавшие горные потоки. Перед его идолом обычно ставили сосуд, наполненный зерном всех видов, что должно было символизировать произрастание, которое, как все надеялись, принесет плоды. Он обитал в водяном раю под названием Тлалокан (Страна Тлалока), где царило изобилие плодов, где в вечном блаженстве жили утопленники, те, кого ударила молния, а также умершие от водянки. Те простолюдины, которые умерли другой смертью, шли в темное обиталище Миктлана, всепожирающего темного Властелина Смерти.

В местных рукописях Тлалока обычно рисуют с темным цветом кожи, большими круглыми глазами, рядом клыков и с угловатой голубой полоской над губами, загибающейся книзу и закручивающейся вверх на концах. Эта последняя деталь, вероятно, развилась из первоначального сплетения двух змей, чьи пасти с длинными клыками в верхней челюсти сходились у середины верхней губы. Помимо того что змея является символом молнии в мифологиях многих американских народов, она также символизирует и воду, олицетворением которой являются ее волнообразные движения.

Ежегодно в жертву Тлалоку приносили много детей и девушек. Если дети плакали, это считалось счастливым знаком дождливого сезона. Главным его праздником был Эцалькуалицтли (Когда едят пищу из бобов), который проводили приблизительно 13 мая, так как гдето к этому времени обычно уже начинался сезон дождей. Другой праздник в его честь, Куауитлеуа, начинал мексиканский год 2 февраля. Во время первого праздника жрецы Тлалока ныряли в озеро, подражая звукам и движениям лягушек, которые, как водные обитатели, были под особой защитой этого бога. Его жену, Чалчиутликуэ, часто изображали в виде небольшой лягушки.

Жертвоприношения Тлалоку
В определенных местах в горах, где Тлалоку посвящались искусственно созданные водоемы, совершались человеческие жертвоприношения. В их окрестностях располагались кладбища, и приношения богу хоронили рядом с местом погребения тел жертв, убитых в его честь. Его статуя стояла на самой высокой горе в Тецкоко, и один древний автор упоминает, что ежегодно в различных местах ему в жертву приносили пятерых или шестерых детей; у них вырывали из груди сердца, а останки хоронили. Горы Попокатепетль и Теокуинани считались его особыми резиденциями, и на вершине последней был построен храм, в котором стояло его изображение, вырезанное из зеленого камня.

Индейцы науа верили, что постоянное производство пищи и дождя вызывало у богов, чьим долгом было делать это, истощение. Это они пытались предотвратить, боясь, что если им не удастся сделать это, то боги умрут. Так, они предоставляли им время для отдыха и восстановления сил, а раз в восемь лет проводили праздник под названием Атамалькуалицтли (пост, когда едят кашу и пьют воду), во время которого каждый индеец науа возвращался на некоторое время к первобытной жизни. Одетые в костюмы, изображающие разнообразных представителей животного мира и птиц, и подражая звукам, издаваемым теми созданиями, которых они олицетворяли, люди плясали вокруг teocalli Тлалока с целью отвлечь и развлечь его после трудов по созданию плодоносящих дождей за последние восемь лет. Озеро заполняли водяными змеями и лягушками, и в него ныряли люди, чтобы поймать ртом рептилий и съесть их живьем. Единственной пищей, приготовленной из зерна, которую можно было принимать во время этого периода отдыха, была жидкая кукурузная каша на воде.

Случись какомунибудь более зажиточному крестьянину или мелкому землевладельцу решить, что для его урожая необходим дождь, или случись ему опасаться засухи, он шел к одному из профессионалов по изготовлению идолов из теста и просил сделать ему идол Тлалока. Такому идолу делались приношения в виде маисовой каши и пульке. Всю ночь крестьянин вместе со своими соседями плясал, крича и завывая, вокруг этой фигурки, чтобы пробудить Тлалока от его дремы, несущей засуху. Следующий день проводили, поглощая пульке в огромных количествах и предаваясь весьма необходимому после напряжения предыдущей ночи отдыху.
Позавчера — среда, 15 августа 2018 г.
Атмора камышинка2 04:53:29
Атмора (ориг. Atmora; альдм. Древний Лес), также Альтмора, — материк к северу от Тамриэля, сейчас покинутый, а в древности населённый людьми.

География Править
В «Песнях возвращения», повествующих об Исграморе и его Соратниках, Атмора постоянно упоминается с эпитетом «зелёная» или «вечнозёленая». Но описания этой земли, которую покидало местное население, со временем радикально меняются, рисуя картину постепенно умирающей земли, сковываемой льдами. Нынешние экспедиции в Атмору находят почти безжизненное царство вечной зимы, где нет никаких признаков человеческого присутствия. Без сомнения, все те, кто не смог спастись бегством в Тамриэль, погибли много веков назад из-за всё ухудшающегося климата. По всей видимости, Атмора и до наступления ледников была не самым гостеприимным местом. Ранние недийские народы, пришедшие с Атморы, были охотниками, не имевшими никакого понятия о сельском хозяйстве.
Из этого можно сделать вывод, что климат континента был слишком холоден для возделывания земель. Тем не менее, Атмора была достаточно густо населена — сохранились даже упоминания городов. Примером этого может стать Йолкурфик, город на южном побережье. Можно сделать вывод, что когда-то на Атморе было достаточно тепло для поддержания жизни большого населения, но медленное похолодание со временем вызвало нехватку ресурсов и миграцию на юг. Длилось это постепенное похолодание довольно долго, пока не закончилось ледниковым периодом.
«В Меретическую Эру, когда Исграмор впервые ступил на землю Тамриэля, его люди принесли с собой веру, почитавшую богов-животных. Ряд учёных полагают, что эти первобытные люди на самом деле почитали известных нам божеств, лишь в форме тотемных животных. Они обожествляли ястреба, змею, мотылька, сову, кита, медведя, волка, лису и дракона. Время от времени эти каменные тотемы, ныне сломанные, попадаются в самых отдалённых уголках Скайрима».

Даже на самых старых барельефах в Скайриме изображение бога в виде тотемного животного всегда дублируется антропоморфным изображением того же бога.
Примечание: неизвестно, является ли это нововведением, появившимся на Тамриэле, или такое двойственное изображение богов — традиция атморцев. Ведь есть и возможность того, что на Атморе поклонялись богам лишь в форме животных, совершенно не антропоморфным.
«Главным среди всех животных был дракон… Драконы охотно приняли на себя роль людских богов-королей. В конце концов, не были ли они созданы по образу самого Акатоша? Не превосходили ли они во всех отношениях толпы маленьких мягкотелых существ, которые им поклонялись? Для драконов власть равнялась правде. У них была власть, а значит правда на их стороне. Драконы предоставили драконьим жрецам небольшую часть своей власти в обмен на абсолютное повиновение. Драконьи жрецы, в свою очередь, правили людьми наравне с королями. Драконам, разумеется, не было дела до того, чтобы собственно править».Особенный интерес представляет следующий отрывок: «На древнем языке нордов его (дракона) называли „дра-гкон“. Иногда также употреблялся термин „дов-ра“, но из какого он языка и какова его этимология — неизвестно. Никому не было дозволено произносить эти имена, кроме драконьих жрецов».

Становится понятно, что на Атморе всё-таки существовала письменность, но это была не письменность нордского языка, а письменность другого языка — языка драконов. Это был тайный язык, доступный лишь для жрецов и предназначавшийся для священных целей. Исграмор же был создателем письменности «для мирян». Исследование и переводы многочисленных надписей на языке драконов можно найти в работе Хелы Трижды Искусной «Драконий язык: больше не миф».

В своей работе Бьорик также упоминает «великие храмы», воздвигавшиеся Культом драконов. В этом контексте необходимо упомянуть Лабиринтиан. Когда-то эти мрачные, зловещие руины служили храмом, в котором поклонялись драконам. Постепенно вокруг храма образовался большой город, названный Бромьунар. Некоторые исследователи полагают, что Бромьунар был столицей Скайрима во времена наивысшего расцвета Культа драконов. До нас дошло слишком мало записей той эпохи, чтобы подтвердить или опровергнуть это утверждение, но точно известно, что верховные жрецы Культа собирались в Лабиринтиане, чтобы обсудить ключевые вопросы правления. Однако с упадком Культа драконов Бромьунар был заброшен.
В Бромьунаре «сохранился» алтарь девяти из верховных жрецов Культа драконов. Можно только гадать, повторяла ли организация Культа драконов атморские образцы, или возникла уже в Скайриме.
В легендах можно найти несколько свидетельств о том, что когда-то Атмора была населена и альдмерами. Так, альтмерская легенда «Сердце мира» (изложенная в «Мономифе») повествует о том, что «Ауриэль не может спасти Альтмору, Древний Лес, и тот захватывают люди».
Брат Михаэль Каркуксор в своей работе «Разновидности веры в Империи» относит начало почитания нордами Оркея, заимствованного бога, к «временам владычества альдмеров в Атморе». Тем не менее, свидетельств настолько мало, что практически ничего нельзя сказать об атморских мерах.
Надо отметить, что норды не считают себя коренными жителями Атморы. В первом издании «Путеводителя» сообщается, что по нордским легендам, люди были созданы на Тамриэле, в Скайриме, на Глотке Мира. Это же подтверждается и археологическими находками, свидетельствующими о том, что люди уже жили в Тамриэле к моменту возвращения атморцев.
Тем не менее, приход людей на Атмору произошёл, судя по всему, ещё в Эру Рассвета. Были ли уничтожены меры Атморы сразу и полностью, или две расы сосуществовали какое-то время — неизвестно.Атморанс­кий Культ Дракона не прижился на Тамриэле. Вновь обратимся к Торхалу Бьорику:

«В Атморе, откуда пришёл Исграмор со своими людьми, драконьи жрецы собирали дань, устанавливали законы и определяли устои жизни, благодаря чему между драконами и людьми сохранялся мир. В Тамриэле они стали куда менее милостивы. Неизвестно, что стало причиной — властолюбивый драконий жрец, кто-то из драконов, или же ряд слабых королей. Как бы там ни было, драконьи жрецы стали править железной рукой, низведя остальное население практически до уровня рабов.

Когда народ поднялся на восстание, драконьи жрецы ответили репрессиями. Когда же драконьи жрецы уже не могли собирать дань и контролировать народные массы, драконы отреагировали быстро и жестоко. Так началась Война драконов.

Поначалу люди гибли тысячами. В древних текстах говорится, что несколько драконов встали на сторону людей. Неизвестно, почему они так поступили. Жрецы Девяти Божеств заявляют, что сам Акатош вмешался в происходящее. Эти драконы научили людей магии, с помощью которой те могли дать отпор в неравной схватке. Положение стало меняться, и драконы тоже стали погибать.

Война была долгой и кровопролитной. Драконьих жрецов свергли, а драконов массово уничтожали. Выжившие драконы пустились в бега и избрали жизнь изгоев вдали от людей».

Точную дату начала и конца Войны Драконов установить не представляется возможным. Тем не менее, сохранился документ, относящийся к 1Э 139–140, ко времени правления короля Харальда. Это дневник Скорма Снежного Странника. Стоит процитировать запись от 27-ого дня месяца Заката солнца, 1Э 139: «Звучит невероятно, но похоже, что мы натолкнулись на крупное убежище адептов Драконьего Культа, которые считались истреблёнными в ходе Драконьей войны». Это значит, что Драконья война к тому времени уже закончилась.

Вернёмся к «Войне драконов» Бьорика: «Сам же Культ драконов приспособился и выжил. Адепты построили драконьи курганы, в которых захоронили останки погибших в ходе войны драконов. Согласно их верованиям, придёт день, когда драконы поднимутся вновь и вознаградят верных». И выше ещё одна цитата: «Многие из них [(храмов Драконьего культа)] дошли до наших времён как древние руины, населённые драуграми и неупокоенными драконьими жрецами».

Судьба Культа драконов подробно описана в работе Бернадетты Бантьен из Коллегии Винтерхолда «Среди драугров».

Атморский тотемный культ сменился Культом драконов во главе с Драконом (Алдуином), а тот — имперским культом Восьми. Распространение Алессианской доктрины в IV веке способствует трансформации религии Скайрима в сторону Восьмибожия, сформулированного Алессией. Для нордов это означало исключение Шора из Восьми и возвращение поклонения Дракону — на этот раз Акатошу. Алессианские реформы не были приняты в Скайриме: разразилась война Престолонаследия. Если последний король до войны, Боргас, был алессианцем, то короли Кьорик Белый и Хоуг Мероубийца воюют с Алессианским Орденом. Тем не менее, семь общих богов из Восьмибожия сиродильского и скайримского обряда должны были всё больше походить друг на друга. Это неизбежное следствие развития торговли и других видов контакта народов двух стран. Впрочем, на первых порах были сильны традиционалистские настроения. После гибели Хоуга королём был избран Вулфхарт Атморский: «…первый указ нового правителя: Вулфхарт восстанавливал традиционный нордический пантеон. Эдикты объявлялись вне закона, их жрецы приговаривались к казни, а храмы уничтожались. Тень короля Боргаса была предана забвению. За свою фанатичность король Вулфхарт был назван Языком Шора, а также Исмиром, Драконом Севера»



Отмена доверенности для представительства в суде Alexander Kirpikov 04:25:05
 Организация приняла решение об отмене доверенности для представительства в суде? Тогда вам нужно знать о том, нужно ли оформлять ее отмену у нотариуса. Подробнее см. http://kirpikov.ru/­faq/otmena-doverenno­sti-dlja-predstavite­lstva-v-sude/

Поделитесь ссылкой в социальных сетях!

Составим исковое заявление в суд, заявление о вынесении судебного приказа, возражения на судебный приказ и иные юридические документы http://kirpikov.ru/­service/iskovoe-zaya­vlenie/

Если вам требуются юридические услуги, запишитесь на юридическую консультацию по телефонам: 8 (922) 98-98-223, (922) 98-98-224 или по е-mail: info@kirpikov.ru

ПОМНИТЕ, к юристу, как и к врачу, нужно обращаться вовремя!

Подписывайтесь на наши страницы в соцсетях:
ВКонтакте: https://vk.com/kirp­ikovru
Facebook: https://www.faceboo­k.com/kirpikovru/
Instagram: https://www.instagr­am.com/kirpikov.ru/
Twitter: https://twitter.com­/kirpikovru
Одноклассники: https://ok.ru/kirpi­kovru
Google+: https://plus.google­.com/u/0/10239362588­5031203961
Youtube: https://www.youtube­.com/channel/UCGQHqs­XxsBuO5J3-QlKgBtg

ОБРАЩАЙТЕСЬ к нам http://kirpikov.ru/­faq/, и мы ответим на все интересующие Вас вопросы!

Категории: Kirpikov, Арбитражный суд, Доверенность, Кирпиков, Нотариус, Суд, Юридические лица, Юрист
/ the last era of mutants в сообществе the last era of mutants 02:45:19
 ACTION YOUNG BLOOD: http://theupsidedow­n.beon.ru/0-31-actio­n-1-young-blood.zhtm­l
вторник, 14 августа 2018 г.
Назначили собеседование на 23 число... Matthew Uilson 07:18:01
Назначили собеседование на 23 число
А билетов нет, чтобы туда поехать...)
Збс
Какая-та чертова виза
А столько проблем
показать предыдущие комментарии (7)
15:13:48 Ritar
Теперь чешский на очереди
16:03:07 Matthew Uilson
О да х) Стану лингвистом, судьбинушка моя
16:03:36 Ritar
по мне так бесполезный язык, но говорят там дёшево
16:16:56 Matthew Uilson
Ради бесплатного обучения что не сделаешь...
понедельник, 13 августа 2018 г.
мифология Ирландия и не только камышинка2 07:17:55
Агишки
в ирландском фольклоре опасный водяной конь
Ирландский Агишки — то же, что и шотландский Эх-Уишге. "Йейтс в "Ирландских волшебных и народных сказках" (396) рассказывает нам, что агишки некогда были широко распространены, выходили из воды — особенно, похоже, в ноябре — и скакали по дюнам и по полям, и если людям удавалось согнать такого коня с поля, оседлать и взнуздать его, то он становился лучшим из коней. Но ездить на нем нужно было только по большой земле, потому что стоило ему только завидеть соленую воду, как он бросался стремглав к ней, унося с собой седока, завлекал его в море и там пожирал.
Может агишки кормиться и более безобидным способом: случается, что он попросту ворует домашний скот у крестьян или разрывает могилы на кладбище, пожирая свежепохороненные трупы. Однако такое поведение плотоядного подводного жильца также не радует обитателей ирландских деревень, а потому время от времени находятся храбрецы, которые берутся покончить с докучливым соседством. Тело убитого агишки остается лежать на берегу лишь до восхода солнца, после чего превращается в студенистую массу, которую местные жители считают светом упавшей звезды.

"Название Келпи скорее всего родственно ирл. "calpach" — "бычок", "жеребёнок"." (2), другой вариант этимологии слова: вероятно, от "kelp" — морских водорослей, возможно, от гэльского cailpcach (яловичная кожа, яловка).
Другое название келпи на острове Мэн — глэйштн (glashtyn). Глэйштн описан как гоблин, который часто выходит из воды и схож с брауни острова Мэн. Как и келпи, глэйштн появляется как лошадь — точнее, как серый жеребенок. Его можно часто увидеть на берегах озер, причем исключительно ночью.
Мрачная и величественная фигура этой речной лошадки однако овеяна менее печальной славой, нежели кровавый образ ее озерного собрата. Всем своим видом келпи как бы приглашает прохожего сесть на себя, а когда тот поддается на уловку — прыгает вместе с седоком в реку. Человек мгновенно вымокает до нитки, а келпи исчезает, причем его исчезновение сопровождается грохотом и ослепительной вспышкой. Но порой, когда келпи чем-то рассержен, он разрывает свою жертву на куски и пожирает.
Древние скотты называли эти создания водяными келпи, лошадьми, быками или просто духами, а матери испокон веку запрещали малышам играть близко от берега реки или озера: чудовище, или что там водится, может принять образ скачущей галопом лошади, схватить малыша, усадить себе на спину и затем с беспомощным маленьким всадником погрузиться в пучину.Это оборотень, способный превращаться в животных и в человека (как правило, келпи перекидывается в молодого мужчину с всклокоченными волосами). У него дурная привычка пугать путников — он то выскакивает из-за спины, то неожиданно прыгает на плечи. Перед штормом многие слышат, как келпи воет. Гораздо чаще, чем человеческое, келпи принимает обличье лошади, чаще всего черного цвета, однако иногда упоминается и белая шерсть; бывает, у него на лбу вырастают два длинных рога, и тогда он смахивает на помесь коня с быком. Иногда говорят, что у него светятся глаза, либо они полны слез, и взгляд его вызывает озноб или притягивает как магнит. Более причудливое описание келпи дано в Абердинском бестиарии: якобы грива его состоит из маленьких пламенных змей, вьющихся меж собой и изрыгающих огонь и серу.
Банши
в кельтском (прежде всего ирландском) фольклоре женщина-призрак, явление или крик (стоны) которой предвещает смерть
… за стенами большого дома раздался тончайший чистейший протяжный звук, словно кто-то провел ногтем по краске или кто-то скользит по сухому стволу дерева. Затем послышался чей-то слабый стон и нечто похожее на рыдание…

— Сказать, что это за звук, малыш? Банши!

— Что? — вскричал я.

— Банши! — сказал он. — Духи старух, которые появляются на дорогах за час до чьей-то смерти. Вот что это за звуки! — Он поднял жалюзи и посмотрел в окно. — Ш-ш! Может, они... по наши души!

— Да брось ты, Джон! — тихо усмехнулся я.

— Нет, малыш, нет. — Он вперился в темноту, смакуя свою мелодраму. — Я живу здесь два года. Смерть повсюду. Банши всегда знает!

Рэй Брэдбери "Зеленые тени, Белый Кит"

Растиражированный в массовой культуре образ «ирландской» банши известен под англоязычным названием. Собственно, русскоязычные «бэнши», «банши» или «баньши» — это калька с английского Banshee. У самих ирландцев этот персонаж называется по-разному, хотя, конечно, общепринятым "bean sdhe" (bean — "женщина", и sdhe — Ши или Сид, то есть "потусторонний мир"). Между тем, в графствах Лимерик, Типперэри и Мэйо обычным является имя an bean chaointe, что дословно обозначает "плакальщицу". В юго-восточной части Ирландии имя банши образовано от ирландского слова badhbh (бадб), обозначающего агрессивную, страшную и опасную женщину. В средние века в Ирландии имя Badhbh принадлежало богине войны. В графствах Лиишь, Килкенни и Типперэри распространено имя boshenta (бошента), производное от badhbh chaointe. В Уотерфорде банши называют bibe — байб. В Карлоу, Уэксфорде, а также на юге графств Килдэр и Уиклоу распространено имя bow — бау.

Получается, образ ирландский, а известен под английским псевдонимом. И то, что англичане за основу брали-таки ирландский оригинал (bean s или bean sdhe), положения не спасает. Объясню почему. Как оказалось, на островах есть достаточно своих персонажей, которые выполняют аналогичные функции (предсказание близкой смерти) и даже могут несколько походить внешним своим видом, но вот по поведенческим характеристикам отличаются весьма существенно.
Возьмем к примеру Шотландию. Там есть бен-нийе (Bean Nighe) и бааван ши (Baobhan Sith). Первый персонаж, имя которого переводят как "Маленькая прачка у брода"
свои появлением и стиркой окровавленной одежды у реки, так же предвещает смерть. Второй образ, хотя по имени он вроде и ближе к банши, больше напоминает злобного суккуба. На Высокогорье есть и другие аналогичные образы (Кинег, Киньчех...). А вот другая часть Британии — Уэльс. Здесь можно познакомиться с такими персонами как Гурах-и-Р'ибин (Gwrach Y Rhibyn) и Кэхэриэт (Cyhyraet). Первый персонаж, как рассказывают, не вопли издает и не плач, а конкретно причитает отдельно по мужчинам, женщинам, детям; второй — больше голос, нежели визуально наблюдемый образ Наличие такого числа аналогов — и лингвистических, и фольклорных — закономерно приводят к размытию границ и смешению образов. Потому сегодня можно встретить такие описания банши, где она не предсказывает, а навлекает смерть; где банши предстает в виде уродливой старухи, а не загадочной красавицы-призрака;­ где она не заботится о своих родственниках, а демонстрирует очевидно суккубистое поведение, соблазняя и убивая молодых парней.

Если Вам попадаются такие описания банши, то имейте в виду — это не ирландские банши. Это — что-то или кто-то иной.
Собственно ирландская «плакальщица» — это хотя и грустный, но скорее романтический образ волшебной женщины, которая предчувствует гибель одного из членов опекаемого ей клана.Да, если шотландская банши является скорее демоном, то ирландская — больше фея. Хотя по смыслу правильнее называть ее просто «волшебная женщина». Это будет правильный перевод. Но перевод литературный, так как дословно ее имя — bean s или bean sdhe — означает «женщина из Ши», т.е. «женщина холмов» или «женщина из холмов».

Почему из Холмов? Здесь необходимо дать небольшое пояснение.

Ирландская мифология имеет одну занимательную особенность — она во многом исторична. Здесь имеется в виду, что тамошняя мифология представляет собой историю последовательного заселения (завоевания) острова различными племенами. Если коротко, то эта история выглядит следующим образом:

Первые люди появились на острове еще до потопа, после раздела народов во время строительства "Башни Нимрода" (Вавилонской башни). После множества скитаний они осели таки в Ирландии, но волны всемирного потопа смыли все их следы. После потопа первыми Ирландию заселили партолонцы (люди, ведомые Партолоном — это имя происходит от искаженного латинского «Варфоломей», которое значит «сын того, кто останавливает воды», а именно — воды потопа). Этот народ приплыл с запада, где ирландцы помещали волшебную страну (Остров Живых, Остров Блаженных, Остров Мертвых — запомним это место), и занимался земельным обустройством Ирландии. Воюя с фоморами, партолонцы долгое время господствовали в Ирландии, но однажды страшная эпидемия выкосила их буквально в течение недели.

Согласно «Книге Бурой Коровы», спустя 30 лет после смерти племени Партолона в страну прибыли новые поселенцы, во главе с Немедом. Как и племя Партолона, эти люди (дети Немеда) пришли из Страны Мертвых. Как и партолонцы, они долго воевали с фоморами и в конце концов проиграли. После решающей битвы в живых остались только тридцать потомков Немеда, во главе с его наследниками. Какое-то время выжившие скитались по стране, прячась от захватчиков, но болезни и гнет фоморов вынудили их покинуть родную Ирландию. Иаборн увел своих людей на «Север Мира», где дал начало новому племени туатов. Старн увёл своих людей в Грецию, откуда его потомки вернулись в Ирландию, известные как Фир Болг.

Первыми на историческую родину вернулись племена Фир Болг (народ мешков), Самым известным среди них был Эохайд Мак Эрк, взявший в жены Тайльтиу, дочь короля Страны Мертвых. Спустя некоторое время в Ирландия решили вернуться и потомки Иаборна, за время изгнания на Северных островах весьма поднаторевшие в магических искусствах. Эти товарищи стали известны под именем туатов — Туата Де Дананн или племена богини Дану (богиня созидания, мать-прародительниц­а основной группы богов ирландской мифологии). После ряда исторических событий они по-братски разделили всю территорию Ирландии: Фир Болг получали Коннахт, а туаты — всю оставшуюся Ирландию.

Последними пришли на землю Ирландии "дети Миля" (милезы или гойделы). По легенде, они приплыли из Испании (историки-рационали­сты считали, что так была локализована мифическая Страна Мертвых, располагавшаяся на Западе мира). Там, в районе современной Ла-Коруньи, один гойдел построил большую башню и увидел с нее новую землю. Он был ею так очарован, что собрав с собой команду друзей (копий в 150), рванул на встречу приключениям. Однако отношения с туатами у этого гойдела не сложились и он был убит. Но у убитого в Испании остался дядя по имени Миль. И тот решил отомстить за племянника. Проект реализовался на редкость удачно: сыновья Миля полностью захватили Ирландию, заставив остатки племени Туата Де Дананн скрыться в "потустороннем мире", входы в который располагались в холмах (второй "потусторонний" мир — морской — видимо, принадлежит фоморам). С тех пор существуют две Ирландии: земная, человеколюдская и невидимая, страна королей Племен богини Дану, недоступная людям.

Так Племена богини Дану, они же туата, стали сидами или ши (sidhe) — народом холмов, живущим в "ином" мире, связанном в том числе и со смертью.

Именно к этому племени народная молва приписывает и банши, о чем наглядно свидетельствует ее имя ("женщина из холмов"). То есть, банши — это своего рода фея смерти, раскрывающая или предчувствующая разрыв границы между Этим миром и Тем, между жизнью и смертью.

С другой стороны, банши очевидным образом связаны с конкретными ирландскими родами-семьями. Поговаривают, что у каждой ирландской семьи, чьи фамилии начинаются на "О' " и "Мак", есть своя "плакальщица", вестница смерти. И она сопровождает своих подопечных в течение веков, даже если они переселяются на другие континенты. Вместе с тем, авторитетные исследователи утверждают, что список фамилий таких родов, у которых есть банши, гораздо шире. Он включает также семьи, происходящие от викингов и англо-норманнов, то есть семьи, которые поселились в Ирландии до XVII века (*). В такой интерпретации получается, что банши — это своего рода дух семьи, его опекун, который искренне страдает, предчувствуя смерть кого-то из "своей". Поговаривают, что банши является не просто иномирным покровителем конкретного ирландского рода, но одним из его представителей. Умерших представителей...

Бузинная матушка
в фольклоре Скандинавии и Британии дух-хранитель бузины, нещадно мстящий за порчу своего дерева без спроса
Из всех преданий о волшебных деревьях Англии традиция, связанная с бузиной, оказалась наиболее долговечной. Бузина ассоциировалась с ведьмами, иногда с феями, а порой жила самостоятельной жизнью, как дриады или богини. Цветы и плоды бузины использовались для вина, ветвями отгоняли мух, считалось, что добрые феи укрывались под бузиной от ведьм и злых духов. С другой стороны, в Оксфордшире и центральных графствах существовало поверье, будто в бузину превращаются ведьмы и, если срубить ветку, дерево будет кровоточить. Ведьма из Роллрайт-Стоуна, согласно легенде, могла принимать вид бузины. Рассказывают множество историй о несчастьях, постигших людей, которые осмелились срубить священный колючий кустарник. Считалось, что некоторые деревья населены феями, а другие — демонами; если два колючих куста и куст бузины росли близко друг к другу, значит, в них обитали три злых духа.
Крестьянин, попытавшийся срубить ветку священной бузины, нависавшую над священным колодцем, накликал беду на свою голову. Он сделал три попытки; дважды останавливался, потому что ему чудилось, будто горит его дом, но убеждался, что это лишь наваждение. В третий раз он решил не поддаваться, срубил ветку и понёс её домой, но тут обнаружил на месте своей хижины пепелище. Этот крестьянин пренебрёг предостережением.


Дуллахан
в ирландском фольклоре всадник или управляющий повозкой, голова которого находится у него в правой руке
Калли Барри
сверхъестественная ведьма в фольклоре Ольстера*, североирландская разновидность шотландской Кальях Варе
Килох вайра
сверхъестественная ведьма в ирландском фольклоре, одичавшая разновидность шотландской Кальях Варе
Клурикон
особенно склонная к воровству разновидность лепрекона

Ланнан-ши
в фольклоре Ирландии и острова Мэн дух-вампир, который является жертве в образе прекрасной женщины, оставаясь невидимым для окружающих

Лепрекон